Карты судьбы [= Знамения судьбы ] - Роджер Желязны

Он был одет в зеленое, и меч, должно быть, не доставлял емутакую массу неудобств, как мне, потому что довольно внушительных размеров ножнывисели у него на боку. Похоже, заплечным мешком ему служил свернутый плащ, азастежку он носил как украшение на левой стороне груди — тонкая вещица,какая-то золотая пташка.

— Сюда! — сказал он.

Он повернулся, и я поспешил за ним.

Он вел меня по касательной к маршруту, по которому я вошел вэту долину, назад и влево. Чем дальше, тем устойчивее становился грунт поднашими ногами.

Наконец мы выбрались на невысокий холм, который, кажется,был совершенно вне зоны тектонического возмущения. Здесь мы остановились, чтобыбросить взгляд назад.

— Не подходите ближе! — прогремел оттуда мощный голос.

— Спасибо, Люк, — поблагодарил я.

Я перевел дыхание.

— Не представляю, каким образом ты очутился здесь и почему…

Он поднял руку.

— Сейчас я хотел бы знать одно, — произнес он.

Он почесал короткую бороду, которая отросла у него взамечательно короткое время, и одновременно показал мне кольцо с голубымкамнем, которое он носил на пальце.

— Что именно, говори, — ответил я.

— Каким образом получилось так, что тот, кто сейчасобратился к нам, имеет твой голос?

— Проклятье! — воскликнул я. — Ведь он с самого началаказался мне знакомым!

— Так в чем же дело? — настаивал Люк. — Ты ведь знаешь?Каждый раз, когда тебе грозит опасность, он предупреждает тебя — «Не двигайсядальше!» Он это делает твоим собственным голосом, как эхо.

— А ты давно идешь за мной?

— Довольно порядочно.

— А те бестии у расщелины, где я разбил свой лагерь?

— Да, это я избавил тебя от встречи с ними. Так куда же тынаправляешься и кто с нами говорил?

— Пока что у меня есть только подозрение относительно того,что происходит. И вообще это довольно долгая история. Но ответ долженнаходиться вот за той грядой холмов.

Я махнул рукой в сторону зарниц.

Люк тоже взглянул в ту сторону, потом кивнул.

— Что ж, тогда — вперед!

— Но там землетрясение, и в самом разгаре, — заметил я.

— Оно, кажется, ограничено этой долиной. Мы можем срезатьпуть и обойти ее стороной.

— И с большей вероятностью повстречать на своем пути ещеодну подобную катастрофу.

Он покачал головой.

— Создается впечатление, что тот, кто пытается остановитьтебя, вынужден накапливать силы заново после каждой новой попытки.

— Да, но эти попытки становятся все чаще, — ответил я, — и скаждым разом они все эффективнее.

— Потому что мы все ближе к их источнику, да? — спросил он.

— Возможно.

— Тогда поспешим.

Мы спустились по противоположному склону холма, потомподнялись на другой и снова спустились.

Толчки к тому времени утихли настолько, что превратились впериодическое подрагивание почвы, а потом и вовсе прекратились.

Мы выбрались в новую долину, которая некоторое время уводиланас далеко вправо от нашей цели, потом плавно повернула в сторону бесплодных иголых холмов, в сторону нашей цели, где плясали молнии и фиолетовое неборазрезала низко нависшая, похожая на облако, граница.

Пока никаких новых опасностей не было.

— Люк, а что случилось той ночью на горе, в Нью-Мексико? —спросил я некоторое время спустя.

— Мне тогда пришлось быстро уходить, — ответил он.

— А тело Дэна Мартинеса?

— Я забрал его с собой.

— Зачем?

— Мне не хотелось оставлять улики на виду у любого случайногопрохожего.

— Но на самом деле, это же ничего не объясняет.

— Я знаю, — кивнул он.

Он перешел на медленный бег.

Я бежал рядом с ним.

— И ты знаешь, кто я такой? — продолжил я.

— Да.

— Откуда?

— Не сейчас, — сказал он. — Поговорим об этом после.

Он ускорил бег, я сделал то же самое.

— И почему ты за мной следил?

— Я ведь спас твою шкуру, разве не так?

— Да, и я тебе благодарен, но все же я хотел бы получитьответы на свои вопросы.

— Наперегонки до того косого камня, — предложил он.

И он помчался со всех ног.

Я тоже бросился бежать и догнал его, но как ни старался, немог выйти вперед. И дышали мы слишком тяжело, чтобы задавать вопросы и отвечатьна них.

Я заставил себя еще больше увеличить скорость.

Он сделал то же самое, держась со мной вровень. Наклонившаясяскала наша цель — была еще довольно далеко. Мы бежали бок о бок, и я сохранялсвои силы для финишного рывка. Может быть, это просто ненормально, но мы сЛюком столько бегали наперегонки… Теперь это была уже почти привычка. И староесоперничество. Он стал бегать чуть-чуть быстрее или я медленнее?

Мои руки работали как поршни, ноги гулко топали. Я взялдыхание под контроль и наладил нужный ритм.

Я вышел немного вперед, и Люк ничего не предпринял в ответ.Камень вдруг оказался гораздо ближе, чем казалось.

Мы шли в таком положении примерно полминуты, потом Люксловно с цепи сорвавшись, с удивительной легкостью обошел меня…

Так, пора прибавить…

Я заставил свои ноги переступать еще быстрее. Кровьгрохотала в ушах. Я со всхлипом втягивал воздух и у меня все силы теперьуходили на бег. Расстояние между нами начало сокращаться. Наклонно стоящаяскала становилась все ближе и ближе.

Я успел поравняться с ним до того, как мы пришли к финишу,но, несмотря на все усилия, я так и не смог обойти его.

Все также бок о бок мы пронеслись мимо камня и вместерухнули на землю.

— Фотофиниш, — выдохнул я.

— Придется записать ничью, — прохрипел Люк. — Ты, каквсегда, удивил меня в самом конце.

Я вытащил свою флягу с водой и протянул ему. Он прополоскалрот и вернул флягу мне. Постепенно, делая глотки по очереди, мы ее опорожнили.

— Проклятье, — сказал наконец Люк.

Он медленно поднялся на ноги.

— Посмотрим, что за этими холмами.

Я встал и пошел рядом с ним.